Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия: Библиотека
Ролевые игры в Беларуси > Настольные Игры > Wargames > Турниры и кампании > Кампания по Мордхейму «Люстрия. Потерянный рай»
Винсент
Изображение

В этой теме организаторы кампании будут выкладывать рассказы, истории, кусочки бэка и сюжетные зарисовки по кампании.


Вот первая из них, вводная к кампании.

...Фшшшх! ФШШШХ! ФШШШХ!

Клаус расчищал путь широкими взмахами тесака, перерубая толстенные лианы и небольшие деревца, как травинки. За ним оставалась широкая просека, по которой, не особо стесняясь, могли пройти два человека. Складчатый бритый затылок огра блестел от пота, и его любимая красная рубаха была мокрая насквозь, как будто он только что вылез из речки. Тем не менее, ему было явно комфортнее, чем остальным членам небольшого отряда: его не доставали насекомые. Конечно, по нему ползали мошки и москиты, но прокусить толстенную шкуру они были не в состоянии. Петер устало брел в середине цепочки и размышлял о том, почему эти огромные существа не заселили Новый свет, ведь они бы тут идеально прижились. Ни ядовитые гады, ни дротики местных аборигенов, ни шипы растений не могли проткнуть их кожу, а крепкое здоровье и неприхотливость в еде запросто помогли бы им решить проблемы с питанием. Наверное, все дело в том, что огры не любят воду. Всё долгое плавание Клаус провел, скрючившись в самом дальнем углу в трюма. Видеть такого могучего бойца в таком жалком состоянии было довольно непривычно, но все отнеслись к этому с пониманием, да и кто рискнет высмеивать существо, способное раздавить твою голову как переспелую дыню одной рукой?

Фшшшх! Фшшх! ФфффшшТЫТЬ! Хтыть, тыть! Фшшх! Фшшх! Перерубив особо толстый ствол, огр продолжил путь вперед. Капитан шел следом за ним, то и дело сверяясь то с картой, то с небольшим компасом, который он приобрел за бешеные деньги когда-то давно у старого эсталийского боцмана. Судя по всему, компас и карта не врали, потому что глаза капитана горели каким-то нездоровым азартом, и было видно, что он едва удерживается от того, чтобы не выхватить тесак у Клауса из его огроменных лапищ, и не начать прорубать тропу самому. Наверное, в этом случае получилась бы настоящая просека, по которой могла бы запросто проехать повозка. Иногда капитан отрывался от карты, поворачивался к отряду и подбадривал их возгласами «Давай, ребята! Поднажми!» или «Мы почти у цели! Скоро мы все станем богаты!». В первые дни это помогало держать темп, но после почти трех недель, проведенных в джунглях, люди лишь вяло кивали и продолжали медленно брести вперед, устало глядя в пустоту. Они уже потеряли Франца, Йозефа, Кальта, Олафа-дровосека и Карла из Карлсхофа. Первые двое неудачно познакомились с местными змеями, Кальт упал с дерева, с которого он пытался осмотреть окрестности, Олаф-Дровосек решил попробовать деликатесного крокодильего мяса, и, в результате, сам попал крокодилу на обед, ну а Карл из Карлсхофа украл кусок сыра и гравюру с обнаженной монашкой у Эйсмана, за что получил кинжал в бок и скоропостижно скончался.

Где-то позади, на носилках, застонал сам Эйсман. Вскоре после инцидента с Карлом он полакомился какими-то ярко-красными ягодами, после чего получил жутчайшее несварение желудка и оставил в кустах не только завтрак, обед и ужин за предыдущие несколько дней, но и душу вместе с половиной запаса крови.

Тем не мене, если судить по рассказам парней из других отрядов, им нечеловечески везло. Клинки Рейкланда были обнаружены в полудне пути возле небольшого озерца. Все тела были утыканы короткими, с палец длиной, дротиками, и отличались парадным фиолетово-зеленым отливом кожи. Волки Фольцбергера вернулись в лагерь через неделю после ухода, принеся с собой не только тела погибших товарищей, но и то, что этих товарищей убило – болотную лихорадку, которая в два счета очистила довольно большой участок побережья от гостей из Старого Света. Из Отважных Парней Людовика вернулось лишь двое. Они рассказывали про ожившие джунгли, про чудовищ и про крылатые тени, но не могли вспомнить, ни кто они, ни как их зовут.

Тот факт, что отряд капитана Вальденбрукса смог забраться так далеко вглубь Люстрии, и потерял при этом едва ли одну восьмую от своего изначального состава – говорил о том, что капитан с его одержимостью найти Золотой Город и вправду был благословлен богами. Во всяком случае, эта мысль была почти единственным, что удерживало людей от падения в глубочайшую пропасть отчаяния и потери веры в себя и цель всей авантюры.

За время пути самой богатой их добычей стали запасы вяленого мяса, обнаруженные в брошенной аборигенами деревушке. Озверевшие от монотонности пути бойцы хотели сжечь ее дотла, но Вальденбрукс строго-настрого запретил им это делать. Ко всему прочему, он приказал вместо взятого мяса оставить целую корзинку бус и прочих побрякушек. Далеко не всем пришлось по душе такое решение, но капитан здраво рассуждал, что когда-нибудь им придется возвращаться обратно, вполне возможно – израненным, голодным и обессиленным. И встретить племя, которое некстати вспомнит нанесенную ему обиду – не самый хороший способ закончить путешествие. Поэтому капитан старался обходиться с местным населением максимально мирно и дружелюбно. Возможно, это была одна из причин их успешного продвижения вглубь страны. Во всяком случае, даже Петер, который никогда не отличался зоркостью и внимательностью, не раз замечал мелькавшие в глубине зарослей тени. За ними наблюдали, причем постоянно, но нападать не спешили.

С момента выхода из Болотного Поселка весь поход превратился в череду похожих друг на друга дней. Подъем на рассвете, сбор вещей, марш через джунгли, привал в полдень, марш, разбивка лагеря, выставление часовых и короткий тревожный сон. Изредка эта рутина прерывалась внезапно возникающими на пути препятствиями – болотами, реками, глубокими расщелинами. Пару раз приходилось замирать, прижиматься к земле, с ужасом в сердце пережидая, пока в паре десятков метров от отряда сквозь джунгли не пройдет что-то огромное, с треском ломая деревья и раскатисто фыркая. Каждый шаг таких гигантов сотрясал землю и вызывал острое желание забиться куда-нибудь, спрятаться и молиться – Сигмару, Шалайи, Таалу – кому угодно, только бы чудовище не учуяло твой запах. Но, как и прежде, им везло.

ФШШШХ! ФШШШХ! ФШШШ….

Звук вырубаемой зелени внезапно смолк, и весь отряд резко остановился. Петеру не было видно, что произошло впереди, но, как и большинству его товарищей, для него это имело мало значения до тех пор, пока капитан не подавал сигнал об опасности. Раз сейчас сигнала об опасности не было – то можно было особо не разбираться, что там стряслось. Может, капитан нашел золотую статую. Может, Клаус решил облегчиться. Может, Сигмар самолично вышел навстречу отряду. Петеру было все равно. Он плюхнулся на землю, спугнув большого иссиня-черного жука с рогами, размером с Петерову ладонь, снял с пояса флягу и сделал небольшой глоток.

Оттуда, где стояли Клаус с капитаном, донеслось какое-то лепетание.

- … E kore e taea e koe! Whenua o te mate!

Голос не был похож на голоса членов отряда. Любопытство взяло верх, и Петер решил подойти поближе. Он прошел по прорубленному огром проходу мимо Здоровяка Бена, мимо Мартина Шебба по прозвищу Картежник, переступил через успевшего задремать тезку, Петера-Лоточника и взобрался на небольшой пригорок. На другой его стороне он увидел Клауса, капитана и еще несколько человек, которые столпились перед небольшого роста человечком, одетым только в бронзовые браслеты на предплечьях. У него были густые, черные волосы, хитро замотанные на голове, а в широком приплюснутом носу белела кость непонятного происхождения. В руках он сжимал небольшое копье с каменным наконечником.

Капитан протянул человечку бусы, но тот лишь покачал головой и повторил:

- Whenua o te mate! Waiho!

Капитан повернулся к остальным:

- Кто-нибудь понимает, что он лопочет?

Во время первой встречи с гигантскими лесными существами все проводники разбежались, кто куда. После этого общение с местными стало куда более проблематичным, хотя обычно все удавалось уладить блестящими побрякушками или предметами из металла. В теперешней ситуации, похоже, это могло не сработать.

- Вот! Бусы! Подарок! На, бери! Мы не хотим зла! – капитан снова попытался всучить человечку бусы, но тот снова отрицательно замотал головой.

- Waiho! Whenua o te mate!

- Мы уважаем обычаи и земли твоего народа! Мы хотим принести тебе дары! – капитан полез в заплечный мешок и достал оттуда длинный кинжал. – Вот! Бери! И дай нам пройти!

Глаза маленького человечка загорелись при виде оружия, но он сумел взять себя в руки. Слева что-то хрустнуло. Здоровяк Бен, видимо, устав от разговоров, решил просто обойти упорного коротышку.
Вопреки ожиданиям, коротышка не стал кричать, прыгать и потрясать оружием. Он посмотрел вслед Бену, тяжело вздохнул, покачал головой и, не сказав больше ни слова, повернулся и направился прочь. Капитан окликнул его, но тот даже не сбавил шаг, и очень скоро скрылся в густых зарослях.

Снова воцарилась тишина, и Петер, поневоле, задался вопросом – а не померещилось ли ему?

- К черту все это, - капитан спрятал кинжал обратно и забросил мешок за спину. – Пошли дальше. Только смотрите внимательно под ноги. Если наступите на какой-нибудь череп или кость чьего-нибудь предка – нам всем конец. Мне кажется, у них здесь какое-то святилище или земля предков. Тронулись.

И отряд побрел дальше.

ФШШШХ! ФФФШШШШХ! ФШХ! ШХ! ФФШШШХХХХХ!

Вскоре последний человек скрылся среди зарослей, но тишина никуда не делась. Она висела над джунглями, словно паутина - вязкая, гнетущая. Паутина, в которой едва заметно подрагивала одна-единственная нить – задетая te hunga i haere i tawhiti rawa, «теми, кто зашел слишком далеко».
Винсент
немного литературы. Изначально написал как вводный текст для правил кампании, но потом передумал.

Персик был великолепен...Персик был великолепен. С тонкой, бархатистой, словно у девственницы, кожицей; нежный, наполненный томной сладостью и будоражащим ароматом. Тор-Валад вонзил в него свои желтые неровные зубы, и золотистые капли липкого сока брызнули во все стороны, побежали по жирным губам и складкам подбородка. Тор-Валадом он стал около года назад, когда подошла его очередь, и решением Малого Круга он был назначен Магистром Теней Культа Одержимых Мордхейма вместо сожженного охотниками на ведьм Могла-Нера. А до этого он был Бернардом Диттом, рядовым счетоводом 2-го ранга при бургомистре Айзигфюрта, и его день начинался с цифр и заканчивался цифрами, многие из которых он научился умело изменять, подгоняя под свои нужды и нужды Культа. На первое в его жизни собрание его привел счетовод 1-го ранга Карл Хумм, а вышел оттуда Бернард уже совсем другим человеком. Он чувствовал себя так, как будто у него с глаз спала пелена, как будто он заглянул за какие-то тайные покровы, скрывающие всю суть мироздания. Он понял, насколько глубоко он заблуждался, как наивно верил и тщетно надеялся. Поначалу это ощущение дезориентировало, вызывало панику и учащенное сердцебиение, словно он заплыл на большую глубину, а вода перестала держать на поверхности его тело. Однако, поразмыслив и все проанализировав (не зря же он был счетоводом), Бернард пришел к выводу, что его новая жизнь может принести не меньше благ, но при этом она будет честнее и, пожалуй, в чем-то правильнее. За прошедшие три года он прошел путь от простого послушника, выполняющего мелкие и незначительные приказы, до лидера локальной ячейки, так что в то время, как другие новопосвященные магистры катались в экстазе по земле и разбивали лбы об пол, принося клятвы и обеты и рассчитывая на благосклонность Повелителя, он принял свое назначение со спокойным достоинством, как должное, полностью осознавая всю пользу, которую он может принести Культу.

Семьи у него не было, так что лишних проблем с конспирацией он не испытывал – днем он все также был счетоводом 2-го ранга, а по ночам принимал отчеты своих слуг и последователей и методично, шаг за шагом, реализовывал отведенные для него участки грандиозного плана по разрушению Империи. Совмещать столь важную работу с чем-то приятным он, впрочем, не считал зазорным. Тем более, что персик и вправду был великолепен.

Кроме того, еда помогала ему думать. То, что Нагиз, вожак небольшого отряда бандитов, косвенно подчиняющихся Тор-Валаду, пришел сразу к нему, безусловно, было очень хорошо. Вопрос был в том, что теперь ему делать с принесенными Нагизом предметами.

На первый взгляд, ничего интересного они из себя не представляли. Четыре листа коричневатого металла, предположительно бронзы, с высеченными на нем символами – наверняка какой-то очень важный религиозный документ древних дикарей. Украшения из ярких перьев и камней – цветастые безделушки, не более того. Богато украшенный шест, наверное, имеющий ритуальное значение. Любопытного вида оружие, похожее на боевые когти хвостатых скейвенов, но с блестящими металлическими трубками и линзами. Все покрыто странными, непривычными узорами. И от всего, кроме украшений из перьев, исходит мощная аура магии.

Магию Тор-Валад научился чувствовать после определенных ритуалов, проведенных над ним старшими магистрами. Это был дар Повелителя новоиспеченному Магистру. Не самый плохой, надо сказать – многие получали чешуйчатую кожу, клешню вместо руки или половой орган длиной в пару футов, после чего быстро попадали на костры охотников, не научившись прятать свои достоинства. Дар Тор-Валада - небольшой, живущий собственной жизнью и чувствующий магию глаз, выглядывающий из складок кожи прямо под ребрами - был куда менее заметным и куда более полезным.

Странные предметы не просто обладали магической аурой – магия лежала в самой их основе, чистая, мощная, как солнечный свет в ясный погожий день. В каком-то смысле она даже обжигала и ослепляла.

Тор-Валад задумчиво облизал жирные, унизанные перстнями пальцы, причмокнув напоследок губами. Определенно, персики в Тилее в этом году уродились превосходные. Затем он посмотрел на Нагиза.

- В обозе было что-то еще, кроме этих предметов?

Нагиз пожал плечами.

- Ну да, золотишко, шмотки, побрякушки всякие…

Шмотки и побрякушки Тор-Валда не интересовали – это была плата людям такого сорта за лояльность. Процент от золота они тоже, наверняка, уже отдали Кальтвохеру – вряд ли они рискнули бы обманывать Повелителя, даже учитывая их полную и бесповоротную отмороженность.

- Ты понимаешь, о чем я, Нагиз.

Глаза разбойника предательски забегали, он затеребил пряжку ремня и беспокойно переступил с ноги на ногу.

- Ннуу…

Низкорослый и пухлый Тор-Валад посмотрел на рослого бородатого Нагиза долгим взглядом, наполненным искренним пониманием и сочувствием. Нагиз отвел глаза, нервно сглотнул и мотнул головой.

- Побрякушка там была. Камень на цепочке. Я думал просто ерунда какая-то…

- Где он?

Нагиз почувствовал, что покрывается испариной. В помещении вдруг стало невыносимо душно.

- Подарил его. Марике. Вчера.

- Верни его, Нагиз. Он мне *очень* нужен.

- Да… - подавленно пробормотал Нагиз, пятясь к выходу из комнаты.

- Я буду очень, ОЧЕНЬ ждать.



Оставшись один, Тор-Валад осторожно взял в руки листы металла и принялся их рассматривать, аккуратно водя пальцами по выдавленным на них символам. Символы шли большой спиралью, начинаясь в центре листа и оканчиваясь у его краев. Насколько он мог видеть, на всех пластинах надписи были разными. Надо будет изучить их повнимательнее – он всегда считал, что знания лишними не бывают.

Посох был тяжелым, сделанным из какой-то очень крепкой древесины густого темного цвета. Для ходьбы он явно не предназначался – ни один из его концов не был сбит или стерт, а вот одно из металлических наверший потемнело, словно опаленное чем-то. Вся поверхность покрыта резьбой – настолько мелкой, что Тор-Валаду пришлось прищуриться, чтобы разглядеть детали…

… Посох едва заметно вздрогнул, и из него вылетел луч ослепительно яркого света. Он попал в стоящую у стены небольшую каменную статуэтку, изображающую женщину с телом змеи, держащую на голове широкую чашу. Статуэтка треснула, раскололась на куски и рухнула на пол, подняв облачко пыли. Нижняя, змеиная часть, осталась стоять. От верхней осталась лишь одна прекрасная грудь. Левая. От неожиданности Тор-Валад выронил посох, озадаченно глядя на статуэтку.

- Говоришь, торговец недавно вернулся из плавания за Море Хаоса… Интересно… Очень, очень интересно…

Он осторожно поднял посох, внимательно изучая резьбу. Наверное, если прикоснуться вот к этой линии и вот этому символу…

На этот раз луч попал в стену, оставив в ней обугленное отверстие шириной с кулак и глубиной примерно в ладонь. Тор-Валад ухмыльнулся. Значит, истории моряков не всегда выдумки, и Люстрия действительно существует. Что ж, интересно, какие еще полезные тайны и секреты она может скрывать.

Тор-Валад откинулся на спинку кресла и потянулся за вторым персиком. Открывающиеся перспективы поражали своей грандиозностью, а возможности – отсутствием границ. Возможно, это было началом нового витка истории – не только его, личной, истории, но и истории всей Империи…
Винсент
Немного художки для кампании (это уже выкладывалось раньше).
Это текстовая версия — только основной контент. Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, нажмите сюда.
Invision Power Board © 2001-2022 Invision Power Services, Inc.